Забота для Брейвика

«Я не признаю норвежский суд, поскольку он находится под влиянием политических партий, которые поддерживают мультикультурализм. Я не признаю вас как судью, поскольку вы являетесь подругой сестры Гру Харлем Брундт (бывшая премьер-министр Норвегии, против которой, в частности, был направлен теракт)», — сказал Брейвик.

Источник

Вот в такой одежде я хожу обычно по осеннему Оренбургу

Сложно сказать, чем кончилась бы история с Брэйвиком, будь сейчас на дворе не 2012 год, а к примеру, хотя бы 2007. Сколько бы людей не писало и не говорило о его терактах, у всех в интонациях и выражениях лиц видно потрясение по сей день, и что абсурдно — уважение даже какое-то. Мол, мужик-то не просто болтолог и псих, он сказал и сделал. То есть, вот этот страх, который внушает всем Брэйвик, вызван наверное даже не им самим лично, а тем, что такие как он появились. А если они появились как явление, это означает по идее, что Норвегия ли, Шотландия ли, Великобритания или США, упаси бог, Россия… везде могут быть теоретически в любой день произойти вот такие версии Брейвиков.

Я с некоторым недоумением наблюдаю, как ласково и бережно с этим Брейвиком таскается Европа, одевая его в красивые костюмы и нанимая ему адвокатов на суд. Казалось бы — человек очевидный совершенно преступник, не псих никакой, а совершенно явный враг режима, который не побоялся взять в руки оружие и половину верхушки этого режима пострелять. Нет, они возятся с ним как с драгоценностью, освещают со всех сторон в СМИ, возят в машинах, бережно и под локоть сопровождают в зал суда. И даже в суде у Брейвика есть все шансы не просто остаться в живых, у него есть все шансы снова выйти на свободу и снова начать стрелять куда угодно и в кого угодно.

Стоить ли говорить о том, что в России такая ситуация была бы просто невозможна по определению? Ведь если представить на секунду, что в Москве по центральному парку бегает ариец с голубыми глазами, автоматом Калашникова и холодно отстреливает отдыхающих под Бетховена в ушах — обосновывая это чем-нибудь типа «Вы меня достали своими таджиками, пересмотрите миграционный закон». Будет ли кто-то миндальничать в нашей стране в таком случае? Нет. Сгонят спецназ, оцепят парк, объявят огонь на поражение. И первый же полицейский уложит защитника прав белых пулей в лоб на газон, ему будет не интересно почему в парке человек с автоматом. Его просто не должно быть в парке, и все.

Так почему такое стало возможно в тишайшей и спокойнешей Норвегии? Да именно поэтому. Потому что в обветшалых от времени законах появились такие огромные дыры и слабости, что Брейвики даже после побоища чувствуют себя комфортно. Те самые законы, которые они ненавидят, отлично защищают самих борцов с законностью.

Тут в принципе и не важно, какой приговор будет вынесен Брейвику. Можно загадать на будущее зажмурив глаза, что приговор будет слишком мягким и противоречивым. Сущее воплощение европейской системы правосудия — вас отстреливают как кроликов на охоте, а вы потом утирая кровь заботитесь о тех, кто вас убивал.

Брейвик это не харизматичная личность и нет в нем ничего особенного. Это всего лишь символ как таковой слабости законодательной и исполнительной власти Европы, это символ угасания Европы, которая уже не справляется со своими проблемами, утонув в своих законах и поправках к ним. Нет никакого сомнения в том, что Брейвик выживет и состарится в почете и уважении. Для европейцев это не террорист, а звезда, он будет писать мемуары, он будет раздавать автографы и выступать в телешоу. И все будут на него смотреть с затаенным страхом. Потому что этот человек — ничем по сути не примечательный — был порожден в той самой системе, против которой пошел с бомбами и оружием в руках. Пошел уверенно, ничего не боясь.

Интересно, чем все это кончится. 

Граффити на оренбургских улицах