Текущее чтиво*

Дочитываю последнюю, седьмую книгу из цикла Стивена Кинга «Темная Башня». Давно собираюсь, но меня этот цикл всегда приводил в странное состояние. «Темная Башня» пугает и одновременно притягивает, я начинаю читать, потом снова испытываю этот страх, и бросаю, и начинаю снова.. Начинаю — приходят сны. Эти сны с Розой, растущей на пустыре, поле, усыпанное красными цветами, по которому идет человек, сквозь звенящий от напряжения воздух, к башне, черным монументом уходящей в небо.. Эти пылающие алые страшные бестелесные глаза, висящие в черноте, человек в черном, бредущий сквозь пески, ветер заметающий его следы.. Стоит только начать — и проваливаешься в этот мир.

Вещь, безусловно магическая, понравится она далеко не всем, и читать ее надо, когда прочитал все книги серии до этого и вообще знаешь творчество Кинга. Это главная вещь Кинга. И самая важная в его жизни.

Под катом немного цитат.

— Привет! Я — Гамри с газовым баллоном, меня можно приобрести в «Уол-Марте», «Бернаби» и пяти других лучших магазинах! Останавливая свой выбор на Гамри, вы приобретаете качество! Здесь темновато, не так ли? Могу я помочь вам с кулинарными рецептами?

— Ты можешь помочь, заткнувшись, — процедил Эдди, и больше гриль голоса не подавал. Эдди даже спросил себя, уж не оскорбил ли он гриль, а потом озадачился другим вопросом: может, ему следует покончить с собой и избавить мир от этой проблемы.

На вкус и цвет товарищей нет, сказала старая дева, целуя корову.

Однажды, в средней школе, Эдди поехал на экскурсию на нефтеперегонный завод в Нью-Джерси. Раньше он думал, что никогда в жизни не сталкивался с такой отвратительной вонью: трех девочек и двоих мальчиков там вырвало. Он помнил, как рассмеялся экскурсовод: «Главное, помните — это вкус денег… помогает, знаете ли».

Только смелые, счастливые и хорошие доживают до восьмидесяти, — заметил Эдди. — Как в этом мире, так в любом другом.

Стрелки, убейте их всех! — крикнул Роланд, взвел курок револьвера, древней машины-убийцы, ладонью правой руки. Четверо упали после его выстрелов, прежде чем охранники, выстроившиеся рядками, как мишени в тире, услышали грохот выстрелов, не то, чтобы отреагировали на них. — За Гилеад, за Нью-Йорк, за Луч, за наших отцов! Услышьте меня, услышьте! Пусть никто не останется стоящим! УБЕЙТЕ ИХ ВСЕХ!

«Я не буду плакать, — мрачно пообещал он себе. — Если я достаточно взрослый для того, чтобы курить и думать, а не налить ли себе пива, то смогу контролировать мои бестолковые глаза. Я не буду плакать». — Зная почти наверняка, что будет.

Вот и теперь руки Джейка развили такую скорость, что на мгновение просто исчезли из виду. А появившись вновь, уже держали Ыша за короткую шерсть на спине, неподалеку от хвоста. Джейк осторожно опустил своего друга на асфальт. Ыш посмотрел на него и коротко гавкнул. Вроде бы озвучил не одну мысль, а две: «Благодарю» и «Никогда больше так не делай».

Ыш, чтобы не свалиться с колен Джейка, впился когтями в джинсы мальчика, выплюнул из пасти недожеванную индейку и произнес слово, которому научился у Эдди. Ирен округлившимися глазами вытаращилась на ушастика-путаника.

— Молодой человек, это существо сказало fuck!

— Неважно, что он сказал, — ответил Джейк.

Пока что-то не ломается, лучше не чинить.

— Снова вы, — прошептал Кинг.
— Ты вспомнил меня.
— Да. Теперь, — Кинг облизал губы. — Хочется пить. Воды у Роланда не было, а если бы и была, не дал бы он ее Кингу, разве что смочил губы. Жидкость могла вызвать у раненого рвоту, а в рвоте можно и захлебнуться.
— Сожалею.
— Нет. Ты не сожалеешь, — он вновь облизал губы. — Джейк?
— Вон там. На земле. Ты его знаешь? Кинг попытался улыбнуться.
— Писал о нем. А где тот, что приходил с тобой? Где Эдди?
— Убит, — ответил Роланд. — В Девар-тои. Кинг нахмурился.
— Девар…? Я этого не знаю.
— Не знаешь. Вот почему мы здесь. Вот почему нам пришлось прийти сюда. Один из моих друзей мертв, второй, скорее всего, умирает, и тет распался. А все потому, что один ленивый, трусливый человек перестал делать работу, определенную ему «ка».