История Тринадцатая, в Которой Лестница Ведет Вниз*

В разрушенной электростанции Оренбурга

Спал Паша плохо, просыпаясь несколько раз, вдруг понимая, что таращится в окно уже несколько минут. В окне было без перемен, только луна флегматично смотрела, зависнув над пороховыми складами, и будто приподняв бровь, задумчиво изучала парня. Полуулыбка человека на луне выводила из равновесия еще больше, заставляя вспомнить разные неприятные вещи, например, клыкастого клоуна из романа Стивена Кинга. В третий раз Паша проснулся от того, что он бежал по лестнице, на которой не было ничего, кроме стен и ступенек. Лестница вела куда-то вглубь, и это становилось понятно по надвигающемуся со всех сторон холоду. И он не особо удивился, когда освещение начало тускнеть, зрение слабеть, а на лестничных площадках вдруг появились притулившиеся у стен похоронные венки с ленточками. Стены сужались, и под конец он несколько раз задел искусственные листья рукой, успев даже прочитать на одном из венков надпись: «С миромъ упокойся добры..» а потом резко стало темно. Куда надо было идти, Паша не представлял, и просто стоял, обмирая от ужаса. Темнота давила так, что дыхание перехватывало, ледяной ужас смешивался с холодом вокруг. Паша сдавленно пискнул и рванулся куда-то вверх, с полусдавленным воплем проснувшись на полу. Человек на Луне, приподняв бровь, задумчиво разглядывал глупого парня. «Так», — подумал Паша, — «пора принимать меры». Придав своей походке мужественности, он силой воли заставил руки не трястись, и встал с пола. В этот момент зазвонил мобильный. Грустная песня группы «Корн» явно намекала на то, что это Ника. Какому еще идиоту придет в голову звонить в три часа ночи?

Паша прошел на кухню и вытащил из холодильника бутылку «Кагора». В бутылке еще оставалось больше половины, и надпись на бутылке, намекающая на святость принимающего внутрь, оправдывала зарождающийся алкоголизм. Левой рукой он подхватил разрывающийся мобильник, и наливая себе полстакана вина, ответил в трубку:

— Алло.

В динамике что-то прошелестело. Потом среди потусторонних шорохов, совсем рядом, голос Ники сказал:

— Привет. Я тебя разбудила?

Паша глянул в окно. Человек на луне уже не глумился, а смотрел осуждающе, поводя бровью в сторону бутылки с вином. Мол, смотри мне, сука. Сопьешься нафиг. Паша поставил бутылку на стол и свободной рукой показал ему фак. Брови на желтом лице с кратерами поползли вверх. После чего Хребет имени первого космонавта Армрстронга обиженно сжался в складку, полную скорби по утраченной молодой душе. Человек на луне отвернулся.

— Нет, я не спал.

Ника сопела в ухо, и от этого звука становилось как-то очень уютно. Паша совершенно успокоился, прихлебнул вина и закурил. Ледяной ужас сна отступал неохотно, будто напоминая о чем-то важном, но уже раскалывался о реальность.

— Ты меня даже не поздравил. Я весь день ждала.

Паша мигнул несколько раз, выдираясь из воспоминаний. Черт. День рождения. Виноватость в голосе, чуть было не прорезавшаяся предательской ноткой, тут же была с писком задавлена.

— Извини, совсем забыл. Как отметила?

Шорохи в телефоне явно значили, что Ника нисколько не сердится, а устраивается поудобнее, чтобы получить удовольствие от интима в темноте. Паша включил газ, и в темноте кухни расцвел синий цветок, одновременно греющий и чуть освещающий фрагменты реальности.

— Ходили в клуб. Я звонила, думала, что ты появишься. Надарили всякой всячины. Косметику, духи новые. Паркер.

Паша сидел на подоконнике и курил. Возле дома происходило ночное действо. Не вписавшийся в поворот джип занесло на скользком, и он наполовину погрузился в стоявшие рядом мусорные баки. Паша ждал чего-то подобного уже долго, и вот оно произошло. Хозяин джипа горько блуждал среди кучек мусора, оценивая царапины и вмятины на капоте. Фигня дело.. пошел со страховкой и поменял дверцу на новую. Вздыхать даже не надо. Как она там называется? Автогражданка, страховка каско? Поцарапал – просто ставь новую запчасть не парясь.

— Паркер?

— Да. Ручка модная. Дорогая, говорят.

Сплюнув, хозяин джипа влез в машину и уехал. «Держат дорогу словно магниты..», — вспомнил Паша и хихикнул в сторону, зажав ладонью трубку. Потом отхлебнул вина.

— Получить в подарок паркер — явно приятнее, чем купить паркер. Я одного парня знаю, у него их уже коллекция. И все ему на день рождения их дарят. Гонщик. Рейсер.

В трубке раздавалось тихое теплое дыхание. Теперь Паше надо было дождаться, пока она заснет. Вздохнув, она сказала:

— Я проснулась от фигни. Снилось что-то странное. Что я спускаюсь по лестнице, и очень холодно. А потом страшно стало, и я решила позвонить тебе.

Паша обжегся сигаретой и тихо выругался, покосившись в окно. Человек на луне смотрел с таким выражением, что по коже продрало морозным ужасом. Руки опять тряслись.

— А еще вроде как ты там был. Но я не могла тебя догнать.

Очень аккуратно отодвинув трубку от уха, Паша налил себе еще вина, и сел рядом с горящим газом:

— Поменьше обращай внимание на такую чушь. Иногда сны — это просто сны.

Сопение в трубке намекало, что ждать осталось недолго, и Ника скоро уже уснет. Теперь надо было что-то говорить до тех пор, пока она не успокоится.

— Давай сходим куда-нибудь завтра. В театр например. Или в кино. Поедим поп-корна этого. С пивом.

Ника молчала. Дыхание в трубке было ровным и спокойным. Отвернувшись на всякий случай от окна, Паша курил, сгорбившись у горящего газа. Вино было теплым. Немного помолчав, он сказал шепотом:

— Иногда сны — это просто сны.

Обступившая его вдруг темнота совершенно почему-то не испугала, и он выпустил из рук стакан с вином, который беззвучно исчез. Холодно было так, что стучали зубы, и в черноте вокруг не было видно совершенно ничего. Он попытался что-то сказать, но голоса не было. Пошевелиться – но тело исчезло. Из последних сил он рванулся куда-то вверх, и у него получилось. Потом – еще и еще раз, и холод стал понемногу отступать. Стало светлее, липкая дрожь тела вышвырнула его наверх, где он стал собой. Сидя на полу, Паша провел рукой по лицу, просыпаясь. Человек на Луне, приподняв бровь, задумчиво разглядывал глупого парня. «Так», — потрясенно подумал Паша. Встав на трясущихся ногах, он силой воли заставил руки не трястись. В этот момент зазвонил мобильный. Грустная песня группы «Корн» явно намекала на то, что это Ника. Какому еще идиоту придет в голову звонить в три часа ночи? Паша смотрел на звонящий мобильный до тех пор, пока он не перестал греметь музыкой. Потом на слабых ногах прошел в ванную, где умывался минут двадцать. Дышать он старался очень ровно, успокаивая колотящееся сердце. Вдох – полминуты. Выдох – полминуты. Паук в центре хризантемы. Спокойствие, цигун и равновесие. Пройдя на кухню, Паша выглянул в окно. Хозяин джипа горько блуждал среди кучек мусора, оценивая царапины и вмятины на капоте. Мусорные баки лежали вокруг. Паша очень осторожно включил газ, отвернулся от окна и закурил.

Настроение сейчас — загадочное

*Внимание! Текст является авторским. При копировании текста либо его фрагментов необходима ссылка на блог «Хроники Заката».

В разрушенной электростанции Оренбурга