ночные инсайты — 5/ программное*

Огни с концерта памяти Виктора Цоя в Оренбурге

.. иногда волна проходит по коже, продирая морозом с ног до головы, если видишь вокруг грязь и вонь. То, что для кого-то нормально. То, что кем-то выбрано не задумываясь о причинах и целях. Останови его — спроси — кто ты? Чего ты хочешь от жизни? И поползут вверх куцые брови, наморщится лоб, оплывшие жиром щеки обвиснут еще сильнее. Жизнь — это движение. На то, чтобы наесть побольше сала, побольше выпить вонючего алкоголя, задурманить свои вонючие изнутри мозги. Чтобы дальше — гонять свое говно по циклу. Прошлое — настоящее — будущее(?) Нужное подчеркнуть.

Тот, кто сохраняет упорядоченность во время хаоса — управляет хаосом.

Я не глядя под ноги, иду по лужам. Мне все равно. Я ловлю красоту окружающего мира. Мира, в котором нет человеческих фигур. По отражающемуся в луже фонарю проезжает машина. Дерево, качаясь от ветра, цепляется за металлический забор. На его ветви еще ничего не успели накидать из соседних окон. Мимо проплывают темные силуэты, сжимая в руках стаканы и бутылки. После десяти не продают водку, значит это пиво. Пиво — это кобальтовое сердце. На вскрытии у пивных алкоголиков сердце синего цвета, от выделяющегося при переваривании кобальта. Я не хочу свое маленькое черное сердце делать синим. Поэтому я не пью пиво. Я просто достаю сигарету и закуриваю. Бесконечность.

Конца света не будет, потому что его никто не хочет.

Забавно, но по таким же точно лужам ходят и банкиры, и певцы, и голубые, и скинхеды. Все наступают на эту грязь, не замечая ее. Кто-то морщит носик, но наступает. Кто-то — смело хлюпает по воде, оставляя за собой трупы и свалки мусора. Хотя я конечно, снова преувеличиваю. Тут ведь никто ни в чем не виноват. Никогда, никто и ни в чем. Кровь толкается в виски, нашептывая о своем. Я не хочу больше ничего слышать. Я из этого вырос. Мне не нужно ничего, кроме тишины. Но разве кому-нибудь я смогу объяснить — какое это счастье, побыть в тишине хотя бы (нет, не пять) три минуты? В полной тишине. В полной. Тишине. Никому этого не объяснишь — какое это счастье. Люди не знают о том, как они счастливы. Они сбиваются в стайки, обмениваясь своими нелепыми галлюцинациями, заливая свои душевные РАНЫ, тут же предавая друг друга через сутки. Они уже не заметили, как превратились в роботов. Постоянно лгущих, изворачивающихся, лицемерных, вонючих, жалких роботов.

Чтобы услышать то, что вокруг — надо на секунду заткнуться самому.

Я на секунду замираю, любуясь ночными огнями. Их переливы прекрасны. Так странно, что это создано людьми. Темнота — это отсутствие света. Интересно, как выглядит город, в котором нет ни одной электрической лампочки? Да и кому интересно это проверять? Отруби — и все заноют. Долго ли протянет этот мегаполис без электричества? Неделю, максимум две. После этого не будет ничего, даже отдаленно напоминающего здравый смысл. Наверное поэтому иногда этим хомячкам иногда отрубают целые районы, чтобы они ценили то, что у них есть.

Тот, кто смеется — выше по социальному статусу, чем тот, кто в этот момент плачет или скулит от боли.

Развлекаюсь — представляю мысленно, как на ощупь кора вон у того дерева. Насколько холоден асфальт? Как может ощущаться свет на коже? Мне не нужно думать о делах. На это мне хватит пяти секунд. С делами все проще. Берешь кусок пространства и создаешь в нем себя вместе в тем, что нужно. Гораздо сложнее потом смотреть со стороны на чужие галлюцинации и пытаться понять логические взаимосвязи. Например — на кой хрен строить забор так близко к дереву, что оно его оплетает? Или — для кого стоит второй год бетонное ограждение там, где оно никому не нужно? Или — зачем делать то, о чем потом жалеешь? Ведь гораздо проще не делать этого. Все просто. Только иногда хочется разбить свою башку об стену, расплескав вокруг свои мозги.

Судят всегда те, кому на тебя наплевать.

Очень просто. Надо всего лишь навсего идти вперед и ловить моменты радости. Их очень и очень мало, но они наполнены каким-то особенным чувством. Очень глубоким, которое вряд ли суждено пережить тому, кто видит сейчас только холодный дождь. Ведь он торопится, ему холодно и мокро. А мне — нет. И я никуда не спешу. Мне плевать на время. Его можно разогнать или остановить. А можно сделать с него пару скриншотов и забить на все до следующего утра. Плевать на все. Хороший сегодня был день. И я все еще жив. А больше ничего и не надо.