Чёртово Колесо Фортуны

Вот в такой одежде я хожу обычно по осеннему Оренбургу

Речь идёт уже не о том, что дни слиплись в один бесформенный комок, как пустые пачки из-под сигарет. Речь о том, что в жизни меня самого осталось уже так мало, что я иногда путаюсь, откуда появляется очередная чушь. Это может быть новый дурак, лупающий глазами по сторонам и ищущий во мне что-нибудь похожее на него самого, или просто равнодушное раздражение в чужих глазах. Эти глаза я выучил наизусть по очереди. Я могу называть их по именам или душить в своём воображении, всё это бесполезно и глупо. Тот, кого облили краской с ног до головы — вряд ли бросится на обидчика, он в первую очередь бросится к зеркалу. А вот там-то его и будет ждать сюрприз.

Вопрос о том, как я выгляжу со стороны уже давно перестал меня волновать просто потому, что от меня уже не осталось даже усмешки. Все всплески моего «эго» гаснут на закате оскорбленным отворачивающимся брезгливым отшельником. Он мог бы жить в монастыре Шаолиня, если бы сумел побороть в себе отвращение к обществу множества лысых стреляющих «Marlboro» у туристов любителей мальчиков.

Вся прелесть моего положения мне уже давно ясна. Кое-кто поменялся бы со мной местами не думая, на выдохе. Но усталость и тоскливый вой внутри не вытравить ничем. Можно сколько угодно бодриться напоказ и нашептывать себе самому что все хорошо. Все очень-очень плохо. Во мне не больше человеческого, чем у нового альбома группы «Руки вверх», наскоро слепленного на коленке в домашней студии.Я просто сборник нелепых записей. Я фонограмма.

Раскаленное добела бешенство угасает после милионного удара капельки воды по темечку, набивая мне голову не нужными мне вещами и заставляя меня ненавидеть то, что никто просто не видит в упор. Я мог бы найти миллион рифм и правильно уловив ритм, полностью переписать «Евгения Онегина» на современный лад за один вечер. Идущая из носа кровь вряд ли опровергнет мою теорию, что никто и никогда не может работать 25 часов в сутки на будущее, которое никогда не настанет. За всё надо платить, даже если тебя за этим и создали.

Получая что-то из того, что я так хотел, я начал замечать одну тревожную вещь. Я абсолютно утратил способность радоваться жизни. Каждая новая деталь из достигнутой цели превращается в очередной элемент системы, который не может быть совершенным по определению. Он нуждается в проверке и перепроверке. Столько раз падая в жизни, я после смерти не хочу нырять грязь снова. Но снова и снова оказываюсь там, пытаясь избежать этого. Этот замкнутый круг должен когда-нибудь разорваться, потому что если нет радости — какой смысл вообще что-то делать?

Меня достало до чертиков переживать то, что мне не нужно. Да и мне ли?

И кто бы знал, как жаль мне всех этих людей, каждый из которых закончит одинаково, проблевавшись своими галлюцинациями. Со всеми происходит одно и то же, но никто и никогда не признается себе в том, что он просто один из многих, которых просто собрали толпой и промыли мозги, чтобы не возиться с каждым по отдельности. И больше ничего.

Сфотографированные мной маникены

Настроение сейчас — отсутствует